botyaslonim (botyaslonim) wrote,
botyaslonim
botyaslonim

Category:

Хам утратил чувство ранга!

Наткнулся вот на этот шедевр старой неполживицы: масковская интеллигенция, ВГИК, фильмы о Шаламове, миграция в Нью-Йорк... Прям не могу не поделиться, замечательное чтиво!

Очень часто мы видим, что позднесоветский люд какой-то айнрендовски ультра-правый. Не знаю, что делала со страной поздняя КПСС, но в итоге люди с "самым лучшим советским образованием" в значительной части оказались носителями какого-то пещерного, XIX века сознания. В этом тексте оно просто цветёт и пахнет.

Наша героиня жалится, что де Нью-Йорк стал не тот, хам утратил чуйство ранга, бомжей поселили в дорогих отелях, официанты теперь подают ей кофЭ не с тем видом лица.

Но самое главное - про работу. Оказывается, в Америке платят пособие в связи с ковидом (не те наши подачки вроде 10 тыс к школе, а настоящие пособия - и это в Америке, на родине современного культа Золотого Тельца!). Поэтому многие представители низкооплачиваемых профессий просто не выходят на работу: собственно, а на-хуа? Во-первых, сложные условия труда, переработки и минимум социала. Во-вторых, пособие тупо больше, чем заработки на bullshit jobs.

Кстати, в следующем тексте наша неполживица развивает тему, приводит статью, в которой между прочим есть и такие слова:

"По данным Института экономической политики (Economy Policy Institute), с 1979-го по 2019 год люди с низкими заработками стали получать больше лишь на 3,3% (c учетом инфляции). И в то же время у самых верхних 5% работников зарплата подскочила на 63,2%. В этот период многие работы для среднего класса были автоматизированы или переведены за рубеж. Добавьте к этому рецессии 2001 года и 2007-2009 годов, когда уровень безработицы поднялся и работодатели диктовали условия в определении размера зарплат. В результате к моменту начала пандемии 53 млн человек (44% всей рабочей силы США) оказались в категории низкооплачиваемых, получая в среднем $10,22 в час...

В Востере, штат Массачусетс, не вышли на работу более 700 медсестер, протестуя против ухудшения условий работы из-за сокращения штатов, в то время как компания Tenet Healthcare, к которой они относятся, получила огромные прибыли во время пандемии. В Канзасе бастовали недавно рабочие популярного производителя чипсов Frito-Lay, в Вирджинии – сборщики автомобилей Volvo, в Калифорнии – рабочие на фермах. Во всех трех штатах забастовщики требовали повышения зарплаты и бонусов при поступлении. И работодатели, которым сейчас нелегко найти работников, вынуждены идти навстречу.

Компания Target объявила, что отныне устанавливает стартовую зарплату $15 в час. Ее примеру последовала Best Buy. Costco с марта платит не меньше $16 в час." (с)

Прелестно! Мы, красные, уже устали, уже все языки стесали, говоря, что рост ВВП никак не связан с ростом благосостояния, относительное и абсолютное обнищание пролетариата, вот это всё. Как оказалось, Маркс опять прав!

И ещё, конечно, тут должна звучать какая-нибудь весёлая музычка и закадровый голос: "А что, так можно было?" Это я сравниваю с российским рынком труда, где почти никаких забастовок, никаких протестов. Люди как ходили на свою работу за 300 долларов, так и ходят. А вон их заокеанские коллеги надавили на буржуя – и опа! – деньжата то нашлись! ВНЕЗАПНО!!1

А вот это завершающий аккорд из текста тёти прямо великолепен! Я прям даже сохраню отдельно этот текст целиком как яркое свидетельство "состояния умов накануне". Прям всё по учебнику истории. Совесть города Нью-Йорка сокрушается от того, что молодёжь перестала бояться. ВОССТАНИЕ ХАМА, пацаны!!

"Не могу забыть, как любимый Евгений Иосифович Габрилович на мой вопрос, что, как ему кажется, было предвестником революции, помедлив, сказал: – Гимназисты перестали бояться городовых. Я запомнила, спасибо." (с)

Текст самого шедевра:

"Август двадцать первого года. Манхеттен.

   Прошлась по городу. Тяжкое зрелище. Город лежит измордованный. Если бы лежала такая собака, её бы уже подобрали. Потому что Общество защиты животных есть, а общества защиты Нью Йорка нет. Его можно узнать, но не сразу. Вспомнила тяжкий случай, когда муж вышел утром из дома, ему раскроили череп неподалеку, и он вернулся домой. Дошел, постучал в окно, а жена его не узнала и не впустила. Когда всё же вышла из дома, спасать уже было некого. Так я ступаю по Манхеттену, и стыжусь своей беспомощности.
Этот горький год развала и распада города-страны-системы показал мне, что Нью Йорк в массе своей, город не просто одиноких людей, а одиноких и несчастливых - потому что никто не любит свою работу. И все прежде ходили на службу не по любви, а за деньги. Когда выяснилось, что можно не платить за жильё, - все с радостью бросили службу. Город вопит - большими буквами на всех столбах  «Help Wanted» и «Now Hiring», - и никто не приходит на помощь. Внутренней потребности продолжать делать то, что ты делал, как оказалось, нет.
Остался мой ближний круг, в котором те, кто учили – учат дистанционно, те, кто лечили, так и лечат, те, кто писал книги – так и пишет, а кто переводил – так и переводят. Аптекарь держит аптеку открытой, - спасибо, Леночка, менеджер газеты продолжает издавать ее, водители – водят автобусы, такси. Метро работает, Элон Маск летает. Мусорщики будят грохотом в ночи и на рассвете. Спасибо. Продуктовые магазины открыты, лотошники стоят. Радио, телевидение, - выходит в эфир с колена. Остальная публика в массе своей ничего не делает. В крайнем случае может вас ограбить. Предварительно сбившись в стаю на велосипедах, мопедах, другом  двухколесном, чему не знаю названия. Налетают, сбивают с ног, отнимают скутер, телефон, кошелек, и бегут. В масках. Им очень пришлись по душе маски. Не хватает только блэк-аута, который я однажды прожила, чтобы город разнесли в щепу.
Этой публике-стае город дал пособие по безработице, которое, как оказалось, зачастую превышало то, что стая прежде могла заработать. Плюс - город разрешил НЕ платить за аренду жилья и запретил выселять тех, кто не платит. Лендлорды Нью Йорка несут миллионные убытки. Лендлорд ОБЯЗАН содержать менеджмент, который следит, чтобы в доме текла вода из кранов в кухне-ванне, в унитазе, работало отопление-лифт-кондиционер, вывозили мусор. Лендлорд богатый, ему пособие не положено. А бедный человек, который этим пользуется, никакой ответственности ни за что не несёт.
Бездомных Нью Йорка расселили в дорогих отелях, и им понравилось. Я задавала вопросы в воздух, как их оттуда будут вынимать. Ответ наблюдаю: никак. Не узнать, какая сделка была заключена ублюдком-мэром с владельцами отелей. Ровно сегодня какое-то общество защиты бездомных празднует очередную отмену выселения. О раздаче бесплатных продуктов говорить тошно – я зачастую вижу, какими коробками стая тащит то, что выдает им загадочная церковь, в которой ни служб, ни священника на 179 Стрит и Сент Николас в частности. Вижу, как на ближайшем углу они выбрасывают ту еду, которая им не по душе. Следом – нормальные люди – при виде этого кощунства, начинают подбирать эти пакеты с едой просто от стыда. Коробки с крекерами, или что еще, и просить прохожих взять себе. Увидев однажды, как я в ужасе смотрю на выброшенную еду, растерянный мужик взмолился: - Возьми, это же молоко! – и я взяла из его рук мешок пакетов с молоком. Бедные люди выбросили.
Отполировало эту красоту разрешение на марихуану, которая теперь не выдувается океанским ветром с улиц острова. Ею торгуют открыто – и в специализированных магазинах, и с рук. Об автомобилях с фальшивыми - бумажными - номерами не говорю, об этом уже говорит радио. Бедная стая заклеивает бумажными свои номера на своих бедных машинах, чтоб не платить за проезд по мостам, которые построили для них богатые. Они очень изобретательны – бедные на автомобилях с бесплатными телефонами. Их выдают всем получателям пособия.
И вся эта власть, которая создала эту красоту, испаряется, как лёд в солнечный полдень: два ненавидящих друг друга итальянца оставляют свои стулья. Мэр-дебилио-Деблазио удаляется в глубину кадра, а неудачливый бабник Куомо будет стерт ластиком с листа истории на неделе. Остаются лендлорды на грани банкротства, отельеры с бездомными, и стада получателей пособий с травой. И кто бы ни пришел во власть, он ничего не сможет сделать по одной причине: с улиц города исчезла полиция.
Я прошла на днях много кварталов старательно и неторопливо. Пока глаза видят и ноги носят. Большой квадрат – от библиотеки на 42 и Пятой, зигзагами прошла центр, перемещаясь к Мэдисон и обратно – до Седьмой-Восьмой. Полиции нет. Видны кое где их прилепившиеся к обочине автомобили. Заметны рослые охранники с лейбочками учреждений, которые они охраняют. Я не в их компетенции. Осознание того, что если что, то ждать помощи неоткуда, охлаждает в жару не хуже кондиционера.
Общие поправки, которые заметила в изменившемся пейзаже, таковы:
- город строится, много новых домов, много реконструкции-реновации-ремонта. Ходить под лесами страшно, тк работа кипит, и работники лихие и небрежные.
- тротуары улиц в центре выглядят почище
- Брайан Парк – весь в столиках – все жрут, как на соревнованиях на Кони Айленд. Большими раздвацветными компаниями. На траве не лежат – то ли жарко, то ли запретили – не поняла. Лавировать между столиками с жующими, - слалом. Каменная Гертруда Стайн смотрела на публику с равным недоумением.
- граждане в массе своей – поопрятнее, чем прежде.
- самые опрятные и продуманные по части удобной одежды и экипировки – мальчики-геи, выгуливающие вычесанных собачек, и велосипедисты. Деливери, что развозят еду на грязных великах, - не в счет.
- мужчины - стриженные, кроме бездомных, у которых бороды а ля Лев Толстой.
- женщины – странно выкрашены: в розовый, синий, зеленый. Была одна смелая комбинация: от темени до ушей – розовое, ниже – зеленое. Крайне редко – фиолетовые. Черные покрашены красным. Может, это флаг, тайный меседж, или партийность, – не знаю. Ясно, что многих что-то в себе не устраивало, и они – наконец – внесли поправки.
- Все на улице разговаривают сами с собой. Иногда белеет в ухе признак того, что по телефону, иногда – нет. Говорят более миролюбиво, чем прежде. Марихуана сняла прежнее напряжение, царившее в отношениях с собой и другими.
- лозунгов, уведомляющих о том, что моя жизнь не имеет значения, не заметила. Кто-то в том ЦК дал отмашку затихнуть.
- удручающее зрелище – пристройки забегаловок на тротуарах и на проезжей части дороги. Особенно в квадрате Тридцатых, примыкающих к Эмпайеру. Корейский квартал – катастрофа. Такой загаженный «Шанхай». Я туда заходила в мирное время в книжный – за ручками. Нынче пошла к японцам в Муджи.
Но главная строка города – цветными мелками, буквами всех размеров: нужны люди, есть работа. Никто не спешит наниматься. На 34 и Пятой – у основания Эмпайера – большой Волгрин – и ОДИН кассир. Работники нужны в магазинах, кафе, ресторанах. Те, кто прежде работал, не хотят возвращаться. Говорят, что устали от хамства: и работодатель хамил, и «кастомер» – люблю нелепое звучание этого слова. Не летят самолеты – нет пилотов и стюардесс. Нет траффик-контролеров! Город, который вопит – НИД ХЭЛП – это большое потрясение. Помню, как мы искали работу четверть века назад, как читали страницу Нью-Йорк Таймс, где мелким песком были рассыпаны объявления о работе, как звонили, как брали любую и благодарили работодателя за то, что дал заработать, чтоб было чем оплатить рент. Теперь работа не нужна.
Тут-то открывается, что граждане, которые прежде работали, ненавидели свою работу и делали её потому, что им нужны деньги. Улыбались в ресторане, рассчитывая на чаевые. Версия о лживых улыбках американцев оказалась правдой. Ты покупал эту улыбку. Конечно, это было приятнее, чем бесплатное мрачное хамство в России. Но нынче я почти дома: те, кто обслуживает, делают это с неприкрытой небрежностью. Не ты им деньги принес, а они тебя облагодетельствовали, что налили кофе. А деньги твои взяли из сострадания к тебе.  Болдом отмечаю хамство кофейни «Грэгори кофе», хотя кофе похож на кофе.
«Трейдер Джо» на 23 и Шестой ввергает в шок доброжелательностью: там ушли в оппозицию - решили быть воинственно вежливыми. Хочу познакомиться с менеджером. Стоишь в потрясении, не понимая, что происходит. Капитализм покинул город: зарплата обслуживающего персонала никак не связана с моими деньгами, которые я принесла им – поставщикам продуктов и услуг. Фермерский рынок - не рынок, где можно торговаться. Цены установлены по сговору, и ты волен выбирать лицо, у кого взять мед и яблоки, исходя из каких угодно пристрастий, кроме цены. Я – например – отношу деньги тибетцам. Я знаю, что это их бизнес: они выращивают яблоки, сами готовят сидр,  сами продают. Отвлекались на другое только когда охраняли Далай Ламу в его приезды.
А полиции не видела. Я прошла много по 23-тьей с востока на запад. Нет ее в метро – ни на платформе, ни в вагонах. Нет при выходе у моста Вашингтона. Все ушли, если вообще кто-то еще нанимается туда служить. Приказ отдать людям в форме тоже некому: Диблазио занято ликованием по поводу того, что Куомо топят, а Куомо занято тем, чтобы оправдаться.
Красные и белые оставили город. Кто идет за ними?
Махно? Зелёные? Котовский?
Не могу забыть, как любимый Евгений Иосифович Габрилович на мой вопрос, что, как ему кажется, было предвестником революции, помедлив, сказал: - Гимназисты перестали бояться городовых.
Я запомнила, спасибо.
Обложка августовского номера журнала «Time» назвала цифру: «Имеется 9,2 млн рабочих мест. Почему их никто не хочет?»" (с)

Источник - https://www.facebook.com/SviridovaAlexandra/posts/4450890571640955

Subscribe

  • О Валдайском форуме 2021

    Путин непередаваемо мерзок. Трудно описать это чувство, но, пожалуй, он очень редкий политик, который может вызвать одновременно и ненависть, и…

  • "Игра в кальмара"

    Посмотрел сериал. Сама идея фильма не такая новая. Каждый российский школьник слышал, как минимум, о гладиаторах и христианах на арене Колизея,…

  • Rat

    remi_meisner шороху навёл со своей этой крысой. В смысле, не своей, конечно, а которая у них в коллективе завелась и потом вывелась:…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 5 comments